Положение о литературной премии «Ясная Поляна»
Новости
24 октября 2018
До 24 октября на портале Livelib можно проголосовать за лучший роман из короткого списка Литературной премии «Ясная Поляна» нынешнего года
17 октября 2018
20 октября 2018 года в Калининград приедет сценарист, прозаик и кинодраматург Андрей Рубанов, который станет гостем Дней литературы
 
Литературная премия
«Ясная Поляна»
 
 

Главная / Новости

Юрий Бондарев: «Всё простить невозможно. И, наверное, не нужно»

16 мая 2018

Юрий Бондарев: «Всё простить невозможно. И, наверное, не нужно»

Писатель Юрий Бондарев / Фото: личный архив писателя

Совет ныне живущим поколениям примирить в своей памяти солдат вермахта и тех, кто спас мир от фашизма, - от лукавого. А что надо делать с памятью о войне? Много ли у неё было мифов, придуманных героев? На эти и другие вопросы ответил 94-летний писатель и фронтовик Юрий ­Бондарев.

 

Помнить или каяться?


 

Владимир Кожемякин, «АиФ»:
- Юрий Васильевич, надо ли и дальше намеренно тянуть в будущее память о войне, всячески напоминать о ней следующим поколениям? Или надо, наоборот, «дать ране затянуться»?

- Оборвать нить памяти, связанной с судьбой страны, - преступление. Историческая память - это непреложное условие самосознания и самоидентификации любого народа.
 

- А у вас в душе осталась ненависть к немцам за ту войну?

- Понятие «война» всегда вызывает чувства, далёкие от свободолюбия и человеколюбия. Важно понимать, что мы воевали не против немцев, румын, итальянцев и других «соратников» нацизма, а против захватчиков и поработителей. Так что дело не в национальности.

- Россию упрекают в том, что она, мол, продолжает воевать со своим прошлым, устраивает «милитаристские» военные парады на 9 Мая и «бряцает оружием» - вместо того чтобы всё забыть и всех простить, а в конечном счёте перестать праздновать День Победы, заменив его неким днём покаяния. Как вам такая идея?

- День Победы надо отмечать всегда как одно из важнейших событий мировой истории. Мне не кажется, что 27 млн жертв и их потомки должны покаяться перед палачами. Не очень-то каются за свои исторические прегрешения ведущие европейские нации.

 

- Старшеклассник из Нового Уренгоя, выступая в бундестаге, рассказал о «так называемом сталинградском котле» и назвал места захоронения солдат вермахта в Челябинской области «могилами невинно погибших людей». В России его обвинили в оправдании и реабилитации фашизма. А вы как считаете? 

- Я бы посоветовал уже достаточно взрослому мальчику сменить шортики на брюки, почитать военную литературу, свидетельства об ужасах той людской мясорубки. И не повторять за «наставниками» мысли, которые они лукаво вложили в его незрелое сознание.

Волгоград или Сталинград?

- Алиса Фрейндлих, ребёнком пережившая блокаду Ленинграда, сказала в интервью «АиФ»: «Сегодня я убеждена: предавать земле нужно не только прах советских воинов. Но и немецких солдат тоже. Да, они пришли на нашу землю незваными, они были нашими врагами. Но милость к павшим, в том числе и к павшим врагам, - это вопрос нашей этики, благородства, покаяния и чести. Надо к бывшей человеческой жизни отнестись по-людски, по-христиански».

- Согласен. Это вопрос этики, а шире - христианской морали, не ограниченной принципом «око за око». И всё же полагаю, что всё простить невозможно. И, наверное, не нужно.

 

- Переходит ли в России из поколения в поколение генетическая память ненависти к тем немцам, которые истребляли советский народ? Или это чувство можно только воспитать, культивировать - книгами, фильмами, в школах, в семьях? И надо ли это делать вообще?

- Ненависти к немцам вообще у русских не было и нет, так что нечего передавать генетически. Об отношении к напавшим на нашу страну французам в 1812 г. почти исчерпывающе написано в романе «Война и мир»  Льва Толстого. Как я вижу, нынешнее поколение «вместо груза обид и мщения» предложило светлый долг памяти героям «Бессмертного полка». Там нет места злобе и деструктивности, но нет и беспринципного всепрощенчества.

- Сегодня находятся те, кто считает, что надо было сдать Ленинград, чтобы избежать ­блокады и излишних жертв. И вообще, лучше было просто сдаться немцам, как это сделали народы завоёванной Европы. ­Тогда, дескать, мы сейчас жили бы так же богато, как и они, пили бы баварское…

- Не вижу смысла комментировать подобные бредовые идеи. Если бы немцам удалось осуществить план «Ост», в России просто некому было бы пить баварское пиво.

- Периодически поднимается вопрос о переименовании Волгограда в Сталинград. Вы что об этом думаете?

- Сталинград - это историческая, героическая, народная, всемирная страница истории. Считаю несправедливым, что этот символ в его точном вербальном выражении бережно хранят французы, а не мы с вами (название «Сталинград» с 1946 г. носит станция Парижского метрополитена).

 

«Мы били захватчиков не только зимой»


- Писатель-фронтовик Даниил Гранин, говоря о Ленинградской блокаде, заметил в интервью «АиФ»: «История Великой Отечественной войны вроде бы полна таких подвигов, но многие из них оказались мифом. Мифом были 28 панфиловцев, история с Александром Матросовым…»  Вы согласны?

- Конечно же, война - питательная почва для мифотворчества. Есть мифы, основанные на исторической правде. Не зря создаются и хранятся народные былины. А есть попытки оболгать и исказить истинный ход событий. Их метко называют небылицами. Так что миф мифу рознь. Не думаю, что героизм простых защитников Отечества чрезмерно гиперболизирован. Наоборот. Подвигов в годы войны было намного больше, чем то, что отражено в официальной пропаганде и воспето в литературе. В военные годы было всё, что бывает в жизни: и героизм, и предательство, и подлое мещанство.

 

- А ещё Гранин сказал: «Мы победили в той войне по ряду причин. Потому, что на нашей стороне была зима, что у нас были хорошие командующие, Жуков, в частности. А ещё - нас довели до того, что Пушкин называл остервенением народа. Он ведь тоже задавался вопросом: как мы выиграли войну 1812 г.? И отвечал: да, русская зима, Кутузов, Багратион, ­Барклай-де-Толли... И в конце концов разводил руками: а может, просто «русский бог». То есть чудо»

- Мы били захватчиков не только зимой, но и в более привычных для них климатических условиях. А победили потому, что сильнее оказались наш дух, наша правда и наша экономика. Немцы, опиравшиеся на весь потенциал Европы, объективно не могли нас покорить и поработить. Наша победа была предопределена, хотя за избавление мира от коричневой чумы была заплачена высокая цена.

- Вы, фронтовик, вынесли войну на своих плечах. С каким чувством вспоминаете её сегодня?

- Войну я воспринимаю как важную страницу своей жизни. На фронте было всё: и прочная мужская дружба, и человеческая подлость, и познание себя, и вера в победу, и трепетное, присущее молодости предчувствие открывающихся за горизонтом перспектив мирной жизни.

 

 

МОСКВА, издание "Аргументы и факты"

« назад